Рубрики

Интересно

Управление





Архив на категорию: '«Фацеции» Поджо Браччолини и культура раннего возрождения'

репетитор курсы Испанского. .

При всем том в «Пире» имеется ряд новых тенденций. Прежде всего, Данте написал свою книгу на итальянском языке, тогда как в его время все ученые произведения писались только по-латыни. Мотивировал он это своим желанием обратиться к широким кругам читателей, непричастных к науке, но алчущих знания. Именно поэтому книга и названа «Пиром». Данте сравнивает ее с «ячменным хлебом, которым насытятся тысячи»; в стремлении популяризировать все отрасли средневекового знания, изложив их на родном языке, сказалась глубокая прогрессивность Данте. Такой же здоровый демократизм проявляется и в некоторых идеях, высказываемых Данте в «Пире». Сюда относятся, например, его утверждения, что благородство человека заключается не в рождении, в богатстве и в титуле, а исключительно в личных достоинствах. «Не род делает человека благородным, а сам человек облагораживает свой род». Здесь Данте предвосхищает точку зрения гуманистов эпохи Возрождения.

Заложив основу итальянского литературного языка своими первыми двумя книгами, Данте предпринимает специальное исследование вопроса о языке, имеющее целью защитить права народного языка против латыни. Эта книга носит название «О народной речи» (около 1305 г.). Она написана по-латыни и является первым трудом по романскому языкознанию, в котором затронуты также вопросы поэтики и стихосложения. Данте обсуждает здесь вопрос о различии романских языков, дает их классификацию и устанавливает их отношение к латыни, которую он считает условным языком письменности, изобретенным «по взаимному соглашению многих народов». Рассматривая и отвергая с точки зрения их приемлемости для литературы все многочисленные диалекты итальянского языка, Данте выдвигает мысль о необходимости создания единого  языка, общего для всех местностей Италии и возвышающегося над всеми ее наречиями. При всех наивностях схоластической аргументации Данте, его трактат имел огромное культурное и общественное значение. Защищая идею общеитальянского литературного языка, Данте защищал идею национального единства Италии, впервые пробудившуюся в передовой Флоренции.



08 6th, 2011

Молодой Данте вырос в атмосфере этих идей и стал одним из самых ярких представителей «сладостного нового стиля». Он усвоил все условности этой школы, присущую ей философичность. К этому присоединяется своеобразная склонность к эстетизму, увлечение всем прекрасным, пышным, «благородным» — черта, характерная для верхов флорентийского общества, в частности, для его поэтической молодежи. В то же время Данте обнаруживает необычайную глубину и искренность лирической эмоции, преодолевающие абстрактность концепции и вносящие уже в его юношеские стихи элементы реализма, которые впоследствии усилились в его «Божественной комедии».

Самое раннее из стихотворений, вошедших в «Новую жизнь», относится к 1283 г. Оно стоит на первом месте в книге, а за ним следуют расположенные в хронологическом порядке стихотворения 1283—1291 гг., повествующие о любви поэта к Беатриче, о его снах и мечтаниях, а также о скорби, вызванной се ранней смертью. Данте включил в «Новую жизнь» далеко не все свои стихотворения этих лет, а только те из них, которые он считал наиболее тесно связанными с Беатриче и наиболее достойными се памяти. Этот отбор следует, однако, признать субъективным, ибо за пределами «Новой жизни» остался ряд превосходных стихотворений Данте, в том числе, быть может, лучшая из его канцон «Три женщины пришли раз к сердцу моему». В сопровождающем стихотворения сборника прозаическом рассказе Данте избегает точных дат, никого не называет по имени и ограничивается намеками на события, к жизни то или другое из его стихотворений.

«Новая жизнь» начинается с прозаического рассказа о первой встрече девятилетнего поэта с девятилетней же девочкой Беатриче. Уже при первой встрече душа поэта «содрогнулась». Он с такой же теплотой и искренностью еще много раз на протяжении «Новой жизни» рассказывает об облагораживающем воздействии, которое оказывает на него всех других людей Беатриче. Она распространяет вокруг себя как бы атмосферу добродетели, и любовь, которую она вызывает в людях, сама оказывается путем к добродетели. Облагораживающее воздействие Беатриче особенно усиливается после ее смерти, которая является главным переломным событием в «Новой жизни».



06 5th, 2011

Итальянские гуманисты, а вслед за ними и гуманисты других стран, нашли в классической древности самостоятельную, независимую от религии, философию и науку, охватывающую все области человеческого знания; они нашли замечательную светскую поэзию и искусство, достигшие беспримерной художественной высоты и совершенства; нашли общественные учреждения, построенные на демократических принципах.

Античные писатели давали ответ на многие вопросы, на которые не давали ответа средневековые авторитеты. Кроме того, изучение древних писателей вызвало к жизни постановку ряда новых вопросов культурного порядка. Оно всколыхнуло весьма широкие общественные круги. Над этим повальным увлечением классической древностью посмеивался Петрарка. «Юристы и медики, — говорил он, — забыли Юстиниана и Эскулапа, их ошеломили имена Гомера и Вергилия; плотники, валяльщики, крестьяне бросили свое дело и толкуют о музах и Аполлоне». Петрарка несомненно преувеличивает, но он все же правильно отражает страстное увлечение античностью многих своих современников.

Это увлечение античностью принимало различные формы и расслаивало гуманистов на две большие группы. Часть гуманистов увлекалась древностью до того, что превратила ее из средства культурного самоопределения в самоцель, в некую абсолютную норму. Эти люди, которых можно назвать гуманистами лишь в узком смысле слова, отдавали все свои силы и всю свою жизнь изучению древнего мира. Они настолько погружались в изучение обожаемой ими античности, что совершенно пренебрегали своим родным языком и писали исключительно по-латыни.

Подобным гуманистам в узком смысле слова надо противопоставить гуманистов в широком смысле слова, которые воспитывались на античных образцах, но видели в них не самоцель, а только подспорье для достижения своей основной цели. Если гуманисты первого типа были, главным образом, учеными, филологами, философами, историками, то гуманисты второго типа были прежде всего писателями-художниками. В применении к их деятельности слово «гуманизм» приобретало свое основное значение — «человечность», в смысле утверждения свободы и прав человеческой личности. Такими гуманистами в широком смысле слова являлись все великие писатели Возрождения — Ариосто, Сервантес, Рабле, Шекспир.

Роль Италии в формировании европейского гуманизма в обоих смыслах этого слова была чрезвычайно вешка. В Италии гуманизм сложился раньше, чем где бы то ни было, и оказал именно вследствие этого огромное влияние на гуманистическое движение в других странах, которые знакомились с античной культурой не только непосредственно, но и через итальянское посредство. Французы, немцы, испанцы и англичане учились у итальянцев не только познанию античности, но и выросшему в Италии на этой основе высокохудожественному мастерству, новым глубоко оригинальным художественным формам. Помимо идейных стимулов, Италия дала другим европейским литературам огромное количество сюжетов и образов.

Будучи широким идейным и культурным движением, наложившим отпечаток на различные области жизни и творчества, гуманизм способствовал и радикальной пере-Стройке средневековой школы и педагогики. Средневековая школа была построена на основном принципе средневекового мировоззрения, утверждавшем зависимость всех наук от богословия. С другой стороны, средневековая педагогика исходила из аскетического взгляда на человека как на существо греховное, погрязшее в тине пороков. Поэтому вся цель средневекового воспитания заключалась в подавлении того, что считалось «дурными» наклонностями учащихся. Преподавание в средневековой школе носило узкоформальный, догматический, схоластический характер.



Наконец, третий этап литературы итальянского Возрождения падает на XVI в., являющийся началом длительной феодально-католической реакции, обусловленной экономическим и политическим упадком Италии. В обстановке феодально-католической реакции в Италии происходит кризис гуманистической культуры. Литература постепенно теряет свою былую содержательность, свои реалистические устремления; в ней воцаряются формализм и подражание великим писателям античности и раннего Возрождения. Однако процесс этот происходит далеко не сразу и не прямолинейно и не мешает появлению отдельных выдающихся писателей, вносящих заменили вклад в сокровищницу культуры Возрождения. В частности, в Италии XVI в. создается тот художественный стиль — классицизм, который затем разовьется и породит крупнейшие достижения во Франции XVII в.

На разных этапах итальянского Возрождения увлечение античностью играло огромную роль, но объем знакомства с античностью и характер ее изучения были различны. На первом этапе Возрождения изучали преимущественно латинских авторов, потому что греческий язык был в Италии мало распространен: его не знал даже такой ученый человек, как Петрарка. С греческими авторами по-настоящему познакомились лини, на втором этапе Возрождения, в XV в. Переломным моментом здесь явился 1453 г., когда Византийская империя была завоевана турками. Завоевание Византии вызвало массовую эмиграцию в Италию византийских ученых, которые начали переселяться туда с конца XIV в., при первых признаках опасности со стороны турок. Они-то и стали первыми настоящими учителями греческого языка в Италии. В дальнейшем знание итальянскими гуманистами греческого языка настолько усилилось, что некоторые из чих (например, Полициано) стали писать даже стихи на греческом языке. Знакомство с греческой поэзией необычайно обогатило творчество итальянских поэтов XV в.

Античность, сначала латинская, а затем греческая, стала непререкаемым авторитетом для людей эпохи Возрождения. «В античности искали средств против бедствий настоящего и указаний для устройства лучшего будущего» (М. Корелин).



В XV в. (второй этап) общее направление и содержание литературы гуманистов решительно видоизменяется в результате значительных изменений в социально-политической структуре итальянских городов. В результате окончательного подавления революционного движения в городах свободные коммуны повсеместно сменяются «тираниями», принципатами. В итоге гуманисты XV в. теряют связь с народным движением. Гуманизм XV в. превращается в искусственное воспроизведение античных идей и образов, обращенное к узкому кругу просвещенных людей, группирующихся вокруг княжеских дворов. Антидемократические настроения гуманистов XV в. выражаются в пренебрежении к итальянскому языку, заменяемому ими латинским. «Новая латинская литература Возрождения становится литературою кружка... она делается, изолируется от народного движения, оттого она искусственна. Вместо того чтобы продолжать народно-литературную традицию, последовательно выработавшуюся из классических основ, она непосредственно предлагает нам классические образцы и их рекомендует для подражания».

Однако и в этой своей новой, аристократически ограниченной форме гуманизм таил в себе целый ряд прогрессивных черт. Прежде всего гуманисты XV в. гораздо более последовательно отходили от традиции феодального средневековья и присущей ему религиозной идеологии. Они были более скептически настроенными к христианству писателями, чем Петрарка и Боккаччо. Противоречия исторического момента, обусловившие переход от коммуны к принципату, открывали широкий простор для развития личности, освобожденной от всяких феодальных или корпоративных связей и ограничений. Так, в своеобразных условиях итальянской жизни XV в. развилась и созрела основная идея гуманизма Возрождения — идея раскрепощения человеческой личности.

Период высшего расцвета гуманизма в его новом аспекте связан с большим ущербом для литературы на национальном языке. В течение значительной части XV в. господствует литература на латинском языке, античная традиция оттесняет национальную, которая начинает возрождаться лишь в самом конце XV в. Особое место занимает Флоренция времен Лоренцо Медичи, в которой делается попытка примирить античную и национальную традиции. Главным достижением Лоренцо и его кружка было возрождение итальянской литературы, значительно обогащенной за счет латинской литературы гуманистов.



Несмотря на значительное разложение феодальное системы в Италии XIII—XIV вв. и на большие успехи ее раннего капиталистического развития, необходимо подчеркнуть, что это развитие происходило в тесном феодальном окружении и совершалось крайне неравномерно в различных частях страны. Наряду с богатыми торговыми республиками (Венеция, Генуя) и промышленными городами (Милан, Флоренция), в Италии был ряд областей с устойчивыми феодальными порядками (Папская область, Неаполитанское королевство). Ни одно из итальянских государств, даже наиболее передовых в социально-экономическом отношении, не могло добиться длительного преобладания над другими. Все итальянские города-коммуны жили самостоятельной жизнью и враждовали друг с другом. Экономическая и политическая раздробленность страны, типичная для феодальной эпохи, являлась главным препятствием плодотворному развитию капитализма, нуждающегося в обширном внутреннем рынке.

Необходимость объединения страны, превращения ее в централизованное государство остро ощущалась всеми враждовавшими между собой в итальянских городах политическими партиями. Этого объединения добивалась в равной мере и дворянская партия гибеллинов.

Ранний расцвет городов повлек за собой зарождение  городской культуры. При этом, однако, наблюдается некоторое запаздывание явлений идеологического порядка по сравнению с процессами социально-экономического развития страны.

Сходное запаздывание явлений идеологического порядка наблюдается также в период позднего Возрождения (конец XV и XVI в.). Хотя в это время в Италии начинается экономический и политический упадок, однако культура Италии достигает своего высшего блеска именно в этот период. Достаточно сказать, что в это время торят величайшие гении итальянского искусства — Леонардо да Винчи, Микельанджело, Рафаэль, Тициан и др. Равным образом и итальянская литература выдвигает в период экономического и политического упадка ряд крупнейших писателей — Ариосто, Макиавелли, Аретино, Tacсо. Все же существует некоторая неравномерность в развитии литературы и изобразительных искусств итальянского Возрождения. Если период расцвета изобразительных искусств падает на позднее Возрождение, то Петрарка и Боккаччо творят в период раннего Возрождения, чем и объясняется наличие большого количества средневековых пережитков в их творчестве.



Однажды в компании ученых людей порицали безумную страсть тех, кто тратит столько трудов и забот на поиски и на собирание драгоценных камней. И кто-то сказал: «Правильно Ридольфо да Камерино уличил в глупости герцога Анжуйского, направлявшегося в Неаполитанское королевство. Ридольфо прибыл в его лагерь, чтобы повидаться с ним, и герцог показал ему очень дорогие вещи, в том числе жемчуг, сапфиры, карбункулы и другие камни, имеющие большую ценность. Посмотрев на них, Ридольфо спросил, что стоят эти камни и какой они приносят доход. Герцог отвечал, что ценность их очень велика, но что дохода они не дают никакого. Тогда Ридольфо сказал ему: «Я вам могу показать два камня, которые стоят десять флоринов, но которые ежегодно приносят мне двести». И повел герцога, удивленного его словами, к своей мельнице, где показал ему два жернова и сказал, что эти два камня превосходят его драгоценности по пользе и приносимому ими доходу».



11 29th, 2010

Один из обитателей Камерино хотел отправиться в путешествие, чтобы увидеть свет. Ридольфо посоветовал ему проехать до Мачераты. И когда тот последовал совету, Ридольфо ему сказал: «Ты теперь видел весь земной шар». И прибавил, что на земле нет ничего другого, как холмы, долины, горы, равнины, обработанные и необработанные поля, рощи и леса, и что все это можно видеть на пространстве между Камерино и Мачератой.

Остроумный ответ одного перуджинца

У одного перуджинского жителя был бочонок великолепного вина, но очень маленький размерами. Кто-то прислал к нему, с просьбою дать вина, мальчика с огромной кружкой. Перуджинец взял кружку, поднес ее к носу и сказал: «Ох, как сильно воняет эта кружка! Ни за что не налью в нее моего вина. Пойди и отнеси ее тому, кто тебя прислал».



Забавное слово

Автор: admin
11 29th, 2010

Один человек, не стеснявшийся в выражениях, очень свободно разговаривал в папском дворце и сопровождал свои слова чрезвычайно нескромными жестами. «Что ты болтаешь, — сказал ему один из друзей. — Ведь тебя будут считать за глупца». А тот в ответ: «Это было бы мне очень выгодно, ибо другим способом я не могу войти в милость тех, кто здесь теперь в силе. Теперь время глупцов, и лишь у них одних в руках нити всех дел».

Спор между флорентийцем и венецианцем

Венецианцы заключили с герцогом Миланским мир на десять лет. За это время вспыхнула первая война между герцогом и флорентийцами. Дела флорентийцев шли плохо, когда венецианцы, нарушив договор, напали на герцога, не ждавшего с их стороны никаких враждебных действий, и заняли Брешию: они боялись, как бы герцог, победив флорентийцев, не обратился на них со всеми силами. Некоторое время спустя флорентиец и венецианец говорили об этих событиях. Последний сказал: «Вы нам обязаны свободой, ибо благодаря нашим усилиям вы свободны». — «Неправда, — возразил флорентиец, желая осадить хвастовство собеседника, — не вы нас сделали свободными, а мы вас сделали изменниками».



Один из присутствующих рассказал нам о подобной же глупости. «Один из моих соседей, — сказал он, — человек простоватый, услышал, как один из этих сказителей, кончая свою декламацию, чтобы привлечь народ, объявил, что на другой день он будет говорить о смерти Гектора. Наш парень, прежде чем сказитель ушел, добился ценою денег, что он не убьет так скоро Гектора, столь необходимого на войне. Тот отложил смерть Гектора на один день. Парень заплатил еще и платил подряд все дни, чтобы продлить Гектору жизнь. И лишь когда у него кончились деньги, он в конце концов услышал повествование о смерти героя с горем и обильными слезами».