Рубрики

Интересно

Управление





Архив на категорию: 'Новелла после Боккаччо'

купить справку о беременности .

В мрачные тона окрашена также новелла о герцогине Амальфийской, легшая в основу трагедии "Герцогиня Амальфи" (1612-1614) английского драматурга Джона Уэбстера (Вебстера), младшего современника Шекспира. Герцогиня Амальфийская, давно уже овдовевшая, тайно сочетается браком со своим управителем Болоньей. Они любят друг друга, у них рождаются дети. Ради любви к мужу герцогиня готова отказаться от высокого сана. В связи с этим рассказчик восклицает: "Кто захочет теперь сказать, что любовь - не великая сила? Поистине могущество ее несравненно больше, чем мы можем себе представить. Разве не видят люди, что любовь каждый день творит чудеса самые необычайные и что она все побеждает?" Но не так смотрели на вещи знатные братья герцогини, из которых один был могущественным кардиналом. Свои церковные связи он использовал для того, чтобы погубить графиню, посмевшую "запятнать" феодальную честь неравным браком.

Новелла рисует страшный облик феодальной реакции, надвигавшейся на Италию. Заметим еще, что бесчеловечные братья герцогини были испанцами (арагонцами), а в Испании, попиравшей военным сапогом родину Банделло, культ феодальной "чести" отличался особой неистовостью.



Ревность и злоба толкают распутного феррарского маркиза Никколо III д'Эсте на убийство своей молодой жены и побочного сына графа Уго (I, 44). Купеческий сын Галеаццо похищает в Падуе девушку, а затем из ревности убивает ее и себя (I, 20). К Титу Ливию и поэме  Петрарки "Африка" восходит трагическая история карфагенной царицы Софонисбы, добровольно принявшей смерть, чтобы спастись от римского рабства (I, 41). Мавританский раб, избитый своим господином христианином, мстит ему за это со страшной жестокостью. Он убивает госпожу и ее сыновей, сам же потом бросается с высокой башни (III, 21).

Следует отметить, что среди трагических новелл Банделло наибольшую известность получили три новеллы: "Ромео и Джульетта", "Графиня ди Челлан" и "Герцогиня Амальфийская".

При написании своей знаменитой трагедии "Ромео и Джульетта" У.  Шекспир мог опираться на одноименную новеллу Банделло (в свою очередь восходящую к новелле Луиджи Да Порто). И хотя  трагедия Шекспира превосходит итальянскую новеллу психологической глубиной и поэтической силой, она все же во многом близка последней. Здесь те же персонажи, те же имена и события. Наряду с ведущими в новелле появляются и такие персонажи, как кормилица (правда, у Шекспира это значительно более яркая фигура) и благородный фра Лоренцо, проницательный естествоиспытатель, хорошо знавший свойства различных трав и камней. В новелле Банделло нет ничего такого, что противоречило бы замыслу Шекспира, как это было в новелле  Джиральди Чинтио о венецианском мавре.

Мрачного трагизма исполнена новелла о графине ди Челлан (I, 4), в основе которой лежат подлинные события. Эта "демоническая красавица", дочь ростовщика, менявшая любовников, а затем стремившаяся их убить, была казнена в Милане в 1526 г. По словам рассказчика, "она была женщиной сумасбродной и способной на самые страшные преступления". Судьба графини ди Челлан не раз привлекала к себе внимание поэтов и драматургов. Она служила примером трагического кризиса гуманистической веры в гармонического человека на новом этапе исторического развития Италии.



Среди прочих персонажей Банделло запоминаются колоритные фигуры куртизанок, составлявших неотъемлемую часть тогдашней городской среды. Они могут быть находчивыми и остроумными и ловко посадить в лужу того, кто хотел ославить их на весь мир (II, 51), а то и сами забавным образом попадают впросак (II, 48). Подчас соприкосновение с куртизанкой приводит к трагической развязке. Влюбленный юноша, не поняв тактики продажной женщины, кончает самоубийством (III, 31).

Подобно другим новеллистам, Банделло видит мир многообразным, противоречивым, таящим в себе уйму неожиданностей. Этот мир бесконечно далек от идиллии, о которой кое-кто мечтал на заре Возрождения. Правда, это не значит, что писатель разучился смеяться (III, 65), что исчезли из жизни забавные ситуации (IV, 14), или благородные порывы, или самоотверженная любовь. Однако фортуна в облике рокового случая способна мгновенно испепелить человека, будь он достойным или недостойным (I, 14).

Умевший видеть жизнь такой, какой она была на самом деле, Банделло с тревогой взирал на ее острые углы и трагические будни. Ведь положение Италии с каждым десятилетием становилось все более трудным и зыбким. В это взбаламученное время у людей трагически обострялись чувства и страсти, и Банделло явился летописцем этих чувств и страстей, а его наиболее характерными новеллами стали трагические новеллы.

Так, новеллу четвертую четвертой части Банделло начинает с грустных размышлений о преступлениях, которые творят люди, одержимые властолюбием. Это прежде всего сыновья, обагряющие свои руки отцовской кровью. И таких случаем немало: "Еще Селим в 1512 году отравил отца своего Баязета, чтобы стать императором Константинополя, будучи не в силах дождаться естественной смерти его, хотя тот был уже стар, а еще задолго до этого Фреско д'Эсте, чтобы стать властителем Феррары, своими руками задушил родителя своего Аццоне, маркиза феррарского, - все это повергает меня в грустные размышления". В названной новелле повествуется о событиях, происшедших во Фландрии. Сын Гельдернского герцога Адольф, "человек бессовестный, безмерно жестокий и жаждущий власти", свергает с престола своего старого отца, бросает его в мрачную темницу и упорно не желает допустить восстановления справедливости.



Чувственная прелесть реального мира еще продолжала привлекать Банделло. Вслед за  Фиренцуолой ("О красоте женщин") он в одной из своих новелл с видимым удовольствием описывает пленительную красоту обнаженного женского тела (I, 3). Для него еще не погасли огни карнавала (I, 2; II, 48). Ему дороги лучшие образцы итальянского искусства эпохи Возрождения, жизнерадостная нарядная живопись кватроченто (XV века). Сам Леонардо да Винчи рассказывает, как замечательный живописный талант Фра Филиппо Липпи, одного из лучших флорентийских художников того времени, поразил суровых берберийских мавров, захвативших его в плен. Изумленные его "прекраснейшими картинами", они даровали ему свободу и, одарив многими ценными вещами, "вместе с земляками целыми и невредимыми" доставили в Неаполь (I, 58).

В отличие от  Джиральди Чинтио, идя вслед за  Боккаччо и  Мазуччо, Банделло не слишком церемонится с клириками, особенно монахами, обычаи и склонности которых он хорошо знал. Они сребролюбивы. Движимый алчностью монах выдает тайну исповеди, а это приводит к тому, что обезумевший от ревности муж убивает свою жену (I, 9). Они надменны и всюду хотят быть первыми (III, 32). Они распутны. Кто из итальянских новеллистов эпохи Возрождения не касался этой темы? Касается ее и Банделло. Весьма остроумно рассказывает он о нравах женского монастыря и о том, как находчивый каноник посрамил епископа, спознавшегося с аббатисой. Епископу, попавшему в затруднительное положение, оставалось только сказать: "Дон Бассано, мы все человеки: развлекайся сколько хочешь и не мешай другим заниматься тем же" (II, 45). Не столь благополучно завершились любовные похождения священников, которых сообразительный красильщик с помощью верной жены вывалял в синей и зеленой краске (III, 43).



01 13th, 2012

И все же творческие силы Возрождения еще не были исчерпаны. На это ясно указывает творчество Банделло - одного из самых замечательных и плодовитых мастеров итальянской новеллы.  Маттео Банделло (ок. 1485-1561) родился в Пьемонте (на северо-западе Италии) в дворянской семье, был монахом доминиканского ордена, затем священником, много лет провел при дворах североитальянских князей, особенно тесно был связан с Миланом. На его глазах Ломбардия сотрясалась от столкновений французских и испанских войск, стремившихся утвердиться на Аппенинском полуострове. После поражения французов в 1525 г. Банделло, будучи сторонником французской партии, вынужден был оставить Италию и переселиться во Францию. Там ему был пожалован в 1550 г. сан епископа города Ажена. На склоне лет Банделло начал приводить в порядок свои литературные труды и публиковать сборники новелл. Первый сборник (I часть) увидел свет в 1554 г., последний (IV часть) - посмертно в 1573 г.  . Всего им написано 214 новелл.

За годы своей долгой жизни Банделло накопил богатый жизненный опыт. На его глазах развертывались события, исполненные глубокого драматизма. Он видел обычаи и нравы придворных кругов, видел жизнь различных сословий, городов и стран. Как писатель Возрождения, он с огромным интересом присматривался к окружающему миру, его привлекательным и отталкивающим сторонам. Будучи клириком, он не отрекся от светской культуры великой эпохи. У него все время сохраняется острое чувство реальной действительности, и он умеет рассказывать о ней без излишней аффектации, убедительно и выразительно. Отказавшись от ставшего традиционным новеллистического обрамления, он вкладывает свои новеллы в уста различным людям, обычно реально существовавшим и даже достаточно известным, как, например, Леонардо да Винчи или  Макиавелли, что усиливает ощущение достоверности, присущее его рассказам.

Так, одна из новелл, действие которой развертывается в Милане, начинается словами: "Милан, как вы все знаете и каждый может в этом убедиться, является одним из тех городов, которому мало равных в Италии. Здесь собрано все, что только может сделать город славным, многолюдным и богатым, ибо то, в чем поскупилась природа, возместил человеческий труд. В Милане можно найти не только то, что необходимо для жизни, но и все, что душе угодно" (I, 9).



Находим мы среди новелл Джиральди Чинтио и новеллу о венецианском мавре, в пылу ревности убившем свою добродетельную жену венецианку Дисмонду (III, 7).  Шекспир положил ее в основу своей трагедии "Отелло". Только у Шекспира "уголовный" сюжет поднят на огромную человеческую высоту, в то время как у итальянского новеллиста он так и не вышел за пределы уголовной хроники. В новелле много места уделено "технике" убийства. С помощью мешочка, туго набитого песком, поручик на глазах мавра убивает несчастную женщину (любопытно отметить, что этот способ казни применялся инквизицией). Если у Шекспира Отелло осознает свою страшную вину и карает себя за совершенное преступление, то в новелле мавр даже под пыткой ни в чем не признается, оставаясь диким варваром, движимом темными страстями.

Этому хаосу страстей автор готов противопоставить идеи религиозной морали, душевного благородства, правда, подчас вознесенного на идеальную высоту. Так, верная жена прощает своего беспутного мужа, решившего ее отравить (III, 5). В другой новелле жена восходит на эшафот, чтобы спасти любимого мужа от смерти (V, 4). Наконец, благородная Ливия спасает от казни юношу, только что убившего ее сына, заявляя слугам правосудия, что отныне он будет ее сыном (VI, 6).

Для новелл Дж. Чинтио характерно стремление к исключительным образам и экстремальным ситуациям, к эффектной риторике. Приближалась эпоха барокко, и автор "Ста сказаний" находился среди ее провозвестников.



С великого бедствия и начинается книга новелл "Сто сказаний" ("Экатоммити"  )  Джиральди Чинтио (или Чинцио) (1504-1573), жившего при феррарском дворе. В 1527 г. войска "благочестивого" Карла V захватили Рим, подвергнув его страшному разгрому. В городе вспыхнула эпидемия чумы. Спасаясь от бесчинства испанских солдат, немецких ландскнехтов и мировой язвы, несколько благородных мужчин и дам ищут спасения на корабле, плывущем во Францию. В пути они развлекают друг друга рассказами. Итак, перед читателем - вновь чума. Но в "Декамероне" чума являлась стихийным бедствием, не зависевшим от воли человека, в "Ста сказаниях" - это результат преступной деятельности иноземных захватчиков.

Мрачные страсти и "злая судьба" то и дело врываются в книгу Джиральди Чинтио. "Жесточайшей пытке" подвергает невинного человека бесчеловечный подеста, который подобно другим блюстителям закона, "прикрываясь знаменем правосудия", действует как служитель Вельзевула (II, 4). Страшным злодеяниям вероломного персидского царя Сульмона посвящена новелла вторая второй декады. Мрачный деспот умерщвляет достойного мужа своей дочери Орбекки и ее малолетних детей, но и сам не уходит от справедливого возмездия, совершаемого рукой родной дочери.



Подобные "розыгрыши" в "Вечерних трапезах" становятся возможными благодаря тому, что в Италии XVI в. были еще прочны суеверия разного рода, а вместе с подъемом феодально-католической реакции возрастала и вера в мрачные потусторонние силы: привидения, призраков, ведьм и прочее. И являются такие розыгрыши в новеллах Граццини зачастую весьма жестокими (например, новелла о наказанном педагоге - II, 7), отражая нравственную деградацию итальянского общества на исходе эпохи Возрождения.

Что касается многочисленных новелл, появлявшихся в середине и во второй половине XVI в., то они приобретали все более хмурый характер. Яркие карнавальные огни на их страницах все чаще сменялись тревожным мерцанием погребальных факелов. У жизнерадостного вольномыслия исчезала почва из-под ног. Мир человека все чаще превращался в мир темных эгоистических страстей, порождавших разрушение и гибель.



01 11th, 2012

Здесь уместно вспомнить, что "Вечерние трапезы" были приурочены автором к дням карнавала. И это, конечно, не случайно, поскольку как писатель Граццини был склонен к бурлеску и озорным шуткам. К числу его любимых поэтов принадлежали Буркьелло и Берни. Он издавал их произведения, а Буркьелло даже сделал участником вышеназванной новеллы о злоключениях лекаря Маненте. Под пером Граццини мир подчас превращался в арену самых неожиданных и удивительных происшествий. В одной из новелл "Вечерних трапез" появляются два приятеля, необычайно похожие один на другого. Только один из них богат, а другой беден. Богатый неожиданно тонет, а бедный, облачившись в одежду погибшего, занимает в жизни его место. Он становится богатым и счастливым. Причудливый житейский спектакль благополучно завершается к удовольствию зрителей (II, 1).

Не столь благополучно закончилась другая новелла, в которой по воле автора вновь появился роскошный карнавальный реквизит. Веселые собутыльники решили напугать простоватого Каландру, золотых дел мастера, переставшего их угощать вином. Когда ему нужно было поздно вечером переходить по мосту через Арно, откуда-то снизу появились длинные шесты, складывавшиеся вверху крестом. "На эти кресты были повешены длинные белые простыни, а на верхний конец каждого креста было надето по страшной роже, у которой вместо глаз были два фонаря..." Когда же смертельно напуганный Каландра заглянул в свой дом, он увидел знакомую комнату всю убранную черной материей, а на стенах картинки, изображавшие кости, мертвые головы и т.п. (II, 6).



В пространной десятой новелле третьего вечера Граццини подробно рассказывает, как всесильный Лоренцо позабавился над лекарем Маненте, человеком безобидным, хотя несколько назойливым и не всегда почтительным. Маненте якобы умирает от чумы, его увозят из города, жена его вторично выходит замуж, а когда несчастный лекарь все-таки возвращается домой, его принимают за призрак покойника. И хотя все улаживается в конце концов, злополучному лекарю, не совершившему ничего худого, пришлось по прихоти Лоренцо пережить много трудных дней. По словам приятеля Маненте поэта Буркьелло, "князья всегда остаются князьями, и когда мы позволяем себе быть с ними запанибрата, они частенько вот таким образом ставят нас на место".

Причудливая история Маненте как бы вправлена в карнавальную раму. В новелле мелькают затейливые одежды и театральные атрибуты. Читатель узнает, что слуги Лоренцо, приставленные к Маненте, были одеты в длинные белые монашеские рясы, а лица и головы их "закрывали огромные, опускавшиеся на плечи маски... Эту монашескую одежду они взяли из гардеробной, где хранилась целая уйма всевозможных одеяний и разных масок, когда-то использованных на карнавальных шествиях". Для усугубления лицедейского эффекта слуги держат в руках обнаженный меч и горящий факел. "Игровые" элементы мелькают и в последующем развитии событий.