Рубрики

Интересно

Управление





Вопросы религии, занимавшие умы европейцев


Вопросы религии, занимавшие умы европейцев на протяжении всего средневековья, не могли быть безразличны Петрарке. И в письмах, и в философских трактатах он постоянно обращается к ним. Христианская вера была для Петрарки его естественной верой. Но он хотел обогатить христианский мир ценностями мира античного. В одном из писем 1359 г. он бросил знаменательную фразу: "Христос бог наш, Цицерон вдохновитель нашего искусства речи"  . И хотя Петрарка понимал, что "это разные вещи", ему очень хотелось приблизить Цицерона к христианскому миру, и с этой целью он указывал на его тяготение к монотеизму.

Но шли годы, и в Петрарке, по его собственному признанию, росло "новое и сильное чувство", влекшее его душу "к Священному писанию"  . "Признаюсь, - писал он Франциску, приору монастыря св. Апостолов, между 1354 и 1360 гг., - я любил Цицерона, и Вергилия любил, бесконечно наслаждался их стилем и талантом; многих других из сонма светил тоже, но этих так, словно первый был мне отец, второй - брат. К этой любви меня привело восхищение обоими и такая приобретенная в долгих занятиях близость, какая, ты скажешь, едва ли бывает даже между знакомыми лично людьми... Но сейчас у меня более важные дела, потому что забота о спасении выше заботы об искусстве слова; я читал то, что меня влекло, теперь читаю то, в чем вижу себе помощь... Теперь мои ораторы - Амвросий, Августин, Иероним и Григорий, мой философ - Павел, мой поэт - Давид..."  .

Так Петрарка подводит нас к душевному конфликту, который в разное время и в разных формах проявлялся в его сознании. В данном случае речь идет о столкновении классической древности и христианства. Но вот что характерно для Петрарки. Как бы отходя от  Цицерона и  Вергилия, он обращается не к  Фоме Аквинскому или  Бонавентуре - самым прославленным теологам высокого средневековья, но к Библии (Давид, Павел) и "отцам церкви" IV - начала V в. (  Амвросий, Иероним,  Августин), непосредственно вышедшим из античности и еще тесно связанным с ее культурными традициями. Подобный интерес к Библии и раннехристианским авторам характерен и для великого вольнодумца начала XVI в.  Эразма Роттердамского, одного из вдохновителей Реформации.



Комментирование закрыто.